Выдержит вес до 750 килограммов!
Мастер и Каролина
Посвящается всем писателям, когда-либо ваявшим о любви, но так ничего нового со времен Монтекки и Капулетти не придумавших.
Знаете, если сейчас модна шизень о трагической любови вампиров, о любови между, скажем, проституткой и проповедником, то почему бы не вспыхнуть чувствам между компьютерным креслом и кухонным стулом? На фоне всей той ереси, что сейчас читают с огромным удовольствием, оно не выбьется из общей массы современного чтива, претендующего на романтичность и художественность.
В данном рассказе присутствует и мистика, и сатира, и полная чушь а-ля рассказ Гоголя «Нос». Честно говоря, пишу такую ерунду в первый раз, и мне несколько оттого стыдно. Потому, прошу — читая, не забывайте, что сиё высмеивает, а не претендует.
Когда я впервые познакомился с Каролиной, я был еще молод и совершенно неопытен. Хотя, в принципе, я был старше её всего на пару-тройку месяцев.
Как только её внесли в сверкающий и празднично украшенный зал, я сразу понял, что с этих пор не смогу думать больше ни о чем другом. Её четыре стальных ножки, посеребренные и подбитые черной, приятно пахнущей резиной, её изящная полупрозрачная спинка и удобное, приятного серого цвета мягкое сидение навсегда остались в моей памяти.
Она была просто поразительно красива для своего возраста. Еще так молода, а уже совершенна.
Не думаю, что она меня тогда заметила. Я стоял в другом помещении, и собственно и увидел её случайно, так как обычно хозяйка квартиры, где я живу, всегда закрывала дверь в мою комнату, иной раз даже и на ключ. В этот же день по какой-то неведомой причине дверь на несколько минут оказалась открытой, и именно в тот момент, как на грех, я увидел её… и пропал. Она еще даже не была до конца распечатана, и на прозрачной полиэтиленовой пленке, покрывавшей её прекрасную спинку, я увидел белую магазинную наклейку, на которой значилось:
СТУЛ КУХОННЫЙ
«Каролина»
ЛЕССТРОЙ ГОСТ
Состав: медь, стекло полупрозрачное, бархат цвета металлик, резина черная, стальная труба хромированная
Именно оттуда узнал я её прекрасное имя, и ночами, пока все спали, тихо и нежно повторял его про себя, представляя, что шепчу ей. Но, к сожалению, то были лишь мечты…
Я родился 10 апреля 2009 года на заводе «МосГосБыт». Точной даты своего рождения, я, к сожалению, не запомнил, так как первые две или три недели своего существования провел в магазине «Икея» в роли образца качества. Там в меня, помещенного в специальный стеклянный колпак на потеху публике, тыкало непонятное устройство, изображающее якобы постоянно садящихся на меня людей. На самом же колпаке гордо и даже с некоторым вызовом было написано крупными красными буквами:
Выдержит вес до 750 килограммов!
То, конечно же, было неправдой, думаю, на пятисотом я бы издох, однако же, что не напишут ради рекламы?
Устройство тестировало меня изо дня в день, люди восхищались, и только я был глубоко недоволен сложившейся ситуацией от усталости. Режим работы с 10 утра и до 11 вечера и постоянные разглядывания меня жутко утомляли, а второе даже раздражало. Уже после первой недели работы я вообще пожалел о том, что появился на свет. Другие стулья моей серии спокойно стояли на складе, ожидая своей очереди, я же чуть ли не круглосуточно вертелся под давлением и прессом в стеклянном колпаке на радость толпе.
Уже тогда, собственно, я начал подозревать, что отличаюсь каким-то особым невезением. На заводе меня несколько раз переделывали, так как у меня постоянно отказывал механизм регулирования высоты, однако же я посчитал это простым совпадением. Попав же в «Икею» я все для себя прояснил окончательно, увы, — я неудачник.
Кстати говоря, я – компьютерный стул «Мастер», ГОСТ 112978. Строгого черного цвета, крутящийся, мягкий. Высота регулируется. Подлокотники есть. Но красивым или хотя бы милым назвать меня язык ни у кого не повернется. Я был удобен, приятен, и только. И уж никак не могло такое утонченное и нежное создание, как Каролина, обратить на меня хоть какое-нибудь внимание…
Жить в доме я стал приблизительно через месяц после своего рождения. Меня купили ребенку богатенькой дамочки вместе с компьютерным столом и непосредственно самим компьютером, в награду за хорошую успеваемость. Собственно, дамочку звали Ларисой, а её сына, учившегося в пятом классе какой-то престижной гимназии, Артемом. У Ларисы еще был муж Денис и доберман Лорд. Не правда ли, безумно оригинально? Узнав, как зовут собачку, я смеялся, наверное, дня три. Лорд, Барон, — есть ли у людей хоть какая-то фантазия? Императором бы лучше назвали или Царем, если не ошибаюсь, эти титулы в людской иерархии власти являются гораздо более значимыми, нежели какие-то пресловутые Бароны.
Хотя, следует отдать должное этой семье, жил я в этом доме вполне благополучно. Меня никто не третировал, не обижал, лишь этот Артем по малолетству любил до умопомрачения крутить меня, гордо восседая сверху, от чего у меня внутри все перемешивалось и некоторое время я не мог мыслить адекватно.
Квартира, в которой мы жили, была пятикомнатной, и каждая комната являла собой довольно-таки странное зрелище. Хозяева не знали меры в своем желании украсить родные пенаты, а поскольку деньги не являлись проблемой, вся квартира была забита дорогостоящей и совершенно ненужной аппаратурой, мягкими игрушками, позолоченными вазами с непонятными растениями и сотнями фигурок фарфоровых животных, которые собирала Лариса. Эти фигурки стояли повсюду: на полках, на столах, даже в нескольких туалетах и ваннах. Из-за них Лариса часто скандалила со своим мужем, так как он был довольно неаккуратен и по неосторожно часто разбивал злосчастных животных, которые падали на роскошный деревянный пол, прыская миллионами осколков. Жуткое и помпезное зрелище.
Комната, где жил я, была относительно небольшой, и, может быть, даже уютной. Приятного зеленоватого оттенка обои с незамысловатым узором, односпальная кровать с высокой резной спинкой, компьютерный стол, я, небольшой диван под цвет обоев, да полки с книгами и моделями машин и самолетов, которые собирал Артем. Вроде бы обстановка вполне приемлемая, хоть я и не особо разбираюсь в человеческом уюте.
Еще в доме жила кошка по кличке Джульетта, странно, я почему-то чуть не забыл о ней упомянуть. Персидская, с приплюснутой мордой и длинной рыжей шерстью, по началу вызывала она у меня какие-то непонятные эмоции. Познакомившись же с ней поближе (Джульетта очень любила на мне спать), я понял, что она очень умное и доброе создание, которое не раз мне в дальнейшем помогало. Впрочем, обо всем по порядку.
В гордом одиночестве я стоял приблизительно до конца августа. Числа же 28-29 в комнату Артема переставили до ужаса болтливую этажерку из мореного дуба. Целыми днями напролет рассказывала она мне какие-то небылицы, которые, скорей всего, сочиняла прямо по ходу дела. Сначала мне было интересно, после я впал в стадию инфантильного безразличия, а еще через пару дней этажерка стала дико меня раздражать, и в некоторой степени я её даже возненавидел. Мои тактичные намеки и просьбы о том, чтобы оставить меня в покое, она то ли не понимала, то ли не хотела понимать и в итоге я просто стал её игнорировать. Но как-то в порыве болтливости она, стоящая раньше на кухне недалеко от Каролины, стала рассказывать мне о ней…
***
Если сократить рассказ этажерки, пестрящий кучей ненужных подробностей, то жизнь Каролины была такой..:
Родилась она на несколько недель позже меня, совершенно в другом конце России – в Ярославской области. Впрочем, может, это и не столь далеко, как мне кажется, но по словам Каролины до Москвы они добирались несколько часов.
Почти сразу же после рождения Каролина попала в дешевый мебельный магазин, до которого ровным счетом никому не было никакого дела. Пылилась бы она там и дальше, если бы не один случай, коренным образом изменивший всю её жизнь.
Хозяин магазина, Черенков Алексей Сергеевич, был не совсем чист на руку. Дела его мебельной лавки шли плохо, затрапезные предметы быта в Ярославской области были гораздо дешевле, так как там много лесов. Все жители уже давно успели обзавестись нужной им обстановкой, и улучшать её никто не собирался. Лишь иной раз кто-нибудь приходил в магазин, и, зевая, покупал компьютерный стол или парочку дешевых громоздких шкафов. Алексею Сергеевичу грозило разорение.
Черенков решил поступить очень хитро: всю мебель, находящуюся в магазине, оптом продать в Москву или Питер, самому же сделать вид, что его обокрали. Удивительно, но его план с поразительной удачей и абсолютно безо всякого шума был приведен в исполнение. Лавка находилась на отшибе, хороших замков на дверях не было, как и сигнализации, а взлом действительно имел место быть. Черенков в то время уехал на несколько дней в командировку, обеспечивая себе алиби, а люди, предварительно отдавшие ему деньги, в одну из темных и прохладных ночей взломали магазин и погрузили всю мебель, там находящуюся, в товарный поезд, следовавший до Москвы.
По ощущениям Каролины, ехали они как минимум полдня. Всех трясло, было холодно и неуютно. Торшеры громоздились прямо на мягких диванах, кровати стоймя подпирали друг друга, а кресла почти что падали на стулья всех видов и мастей. Каролину зажало между одним из шкафов и огромной двуспальной кроватью. Она сама не понимала, как выжила, и предполагала, что спасли её исключительные Высшие силы. В ту ночь много стульев лишились своих ножек, а диваны потеряли былой блеск и лоск, в итоге оказавшись на свалке. Каролине повезло.
Спустя пару дней она уже красовалась в огромном торговом центре в отделе мебели, якобы сделанной в Италии. Еще одна забава для «богатеньких». Не зря Остап Бендер говорил, что вся контрабанда делается в Одессе.
Однако же, видимо, этот торговый центр не боялся никакого разоблачения, если даже забыл сдернуть этикетку с подлинным происхождением Каролины.
Еще спустя энное время Каролина оказалась в том же семействе, что и я. Собственно, о нем я уже рассказывал, лишь забыл упомянуть о том, что оно носило весьма прозаическую фамилию Тургеневы. Хоть и совершенно были далеки от мира литературы, скорее, даже наоборот. Денис Тургенев был успешным предпринимателем, сделавшим состояние в 90-ые годы, в принципе, не глупым, но далеким от искусства и духовного мира.
Мне следовало действовать, для того, чтобы хотя бы попытаться добиться расположения Каролины. Но как? Пусть мы и жили в одной квартире, расстояние между нами было огромно, как и разница в нашем социальном положении. Я обыкновенный компьютерный стул, а она невероятно красива, умна и уже столько пережила. Куда уж мне лезть в её жизнь со своей «Икеей» и вечно ломающимся механизмом регулирования высоты.
Но ведь хотя бы попробовать стоило. У меня была союзница – Джульетта, знавшая о моих чувствах и искренне мне сочувствующая. Как-то я подговорил её пробраться в кухню, чтобы она сообщила Каролине о моих чувствах – и будь что будет.
Дело это было непростое. Джульетту на кухню не пускали, справедливо полагая, что там кошкам не место. Приходящие на день горничная и кухарка ничтоже сумняшеся, хоть краем глаза увидев кошку, гнали её в комнаты.
Вообще кухня была огромной, пятнадцатиметровой, и естественно, с евроремонтом. Позолоченные краны, мебельный гарнитур из непонятного, но видно, что очень дорогого материала, небольшой стол и несколько стульев, в том числе Каролина. Обычно семья, конечно, обедала в столовой, тем и объясняется несколько фривольное и развязное отношение к кухне. Я уверен, если было бы иначе, стулья бы здесь стояли совершенно одинаковые, а обои были сделаны из каких-нибудь золотых брусков с платиновыми вкраплениями.
Кстати говоря, по рассказу этажерки выходило, что саму Каролину приобрела кухарка по просьбе хозяйки, а не сама Лариса. Да и действительно, чтобы Её Величество Лариса Тургенева приобретала мебель? Куда уж ей. Мебели.
Жаль, конечно, что кухня не была завалена каким-нибудь хламом, — так Джульетте было бы гораздо проще попасть туда незамеченной. Но что поделать. Рискуя, кошка несколько дней подряд пыталась пробраться туда, но все было напрасно. Или дверь туда вовсе оказывалась закрытой, или её сразу же выгоняли, даже не давая возможности дойти до угла, где стояла Каролина.
Пришлось ждать, вновь и вновь пытаясь проникнуть на кухню. Джулька, в отличие от меня, не расстраивалась и даже поддерживала меня. Просила не отчаиваться. Она была уверена, что рано или поздно такая возможность обязательно ей предоставится, следует лишь проявить терпение.
Мне очень, очень хотелось в это верить, но постепенно я стал впадать в депрессию и меланхолию. Мне не хотелось крутиться. Мне не хотелось собирать пыль и ловить солнечные блики своей спинкой. Постепенно я стал подумывать даже о том, чтобы сломаться, но никак не мог на это решиться. Все-таки во мне осталась еще какая-то инстинктивная жажда жизни, любви и покоя. Ради Джульетты и Каролины я терпел, да и откровенно говоря, все равно в моем сердце еще жила какая-то надежда.
Однако, Джульетта оказалась права. Приблизительно через полтора месяца вся семья на пару недель уехала отдыхать на Карибские острова. Тщательно заперев квартиру и поставив её на сигнализацию, Тургеневы исчезли на некоторое время и мой план наконец-то можно было привести в исполнение.
Кухню, они, конечно же, оставили закрытой. Но горничная теперь должна была приходить всего раз в день, чтобы покормить кошку и погулять с Лордом. Дверь на кухню она всегда запирала плотно, однако Лорд, в отличие от Джульетты, умел её открывать лапами, и мы вдвоем слезно умолили его помочь.
И вот, десятого декабря 2009 года, я признался в высших чувствах Каролине через Джульетту, которая долго беседовала с моей любимой. Притом о чем, кошка говорить не желала. Спасибо хоть, что сообщила отношение Каролины ко мне. Вопреки моим мыслям и обычности, я был ей симпатичен, и по её словам, у меня был «шанс». Только как им воспользоваться, я совершенно не знал. Попросил Джульетту поблагодарить Каролину за оказанное нам внимание и передать её, что обязательно что-нибудь придумаю.
Знали бы вы, как я волновался в тот день, как переживал,
***
Думал я ещё примерно месяц. Тургеневы уже успели вернуться домой, встретить Новый год, несколько раз поссориться и столько же раз помириться.
Всё, как у людей.
Наконец, где-то в середине января у меня появился определенный план. План побега из этого дома вместе с Каролиной. Я предложил Джульетте убежать вместе с нами, но она отказалась, объяснив это тем, что она исключительно домашнее животное и долго на улице не протянет.
Никто из людей, конечно же, даже и не подозревает, что некоторые предметы умеют мыслить. Спиливая иной раз огромный раскидистый дуб, которому уже не один век, человек и не думают о том, что дерево обладает разумом.
Откровенно говоря, конечно, далеко не все представители царства растений интеллектуальны или хотя бы просто не глупы. Какая-нибудь пятнадцатилетняя осинка, к примеру, ни в коем случае даже сравниться не может с деревьями старшими и опытными.
Еще реже бывает так, что предметы, созданные руками человека, обретают ясное и четкое создание. Как среди мебели можно встретить глупую болтливую эта